Вторая волна эвакуации. 1942-1943 гг.

08 сентября 1941 г. стало началом одного из самых трагических этапов Великой Отечественной войны — блокады Ленинграда. Жители города оказались в тяжелейших условиях. Запасы продовольствия были катастрофически малы. На 12 сентября 1941 г. хлеба, крупы и мяса оставалось на 30–35 суток, сахара и кондитерских изделий — на 60 суток. Каменного угля при строжайшей экономии могло хватить только до ноября, жидкого топлива — до конца сентября. К 01 октября 1941 г. хлебный паек для рабочих и инженерно-технических работников составлял до 400 г в день, для служащих, иждивенцев и детей — до 200 г. А с 20 ноября в результате уже пятого снижения рабочие получали по 250 г хлеба в день, все остальные — по 125 г.

В результате боевых действий под Москвой, длившихся с 30 сентября 1941 г. по 20 апреля 1942 г., враг был отброшен от столицы.

В то же время в Ленинграде обстановка становилась все тяжелее. В связи с этим вновь началась активная эвакуация ленинградских детей в Ярославскую область.

На основании решения исполкома Ярославского областного Совета депутатов трудящихся от 09 мая 1942 г. исполком Ростовского районного Совета депутатов трудящихся 28 мая 1942 г. постановил организовать комиссию по приему и устройству детей из Ленинграда, разработать план приема, санитарной обработки и размещения эвакуированных, не позднее 5 июня 1942 г. подготовить необходимые помещения, оборудовать кухни, снабдить инвентарем, посудой, постельными принадлежностями, за каждым интернатом закрепить бани и прачечные. Ростовскому райпромкомбинату, артелям «Большевик», «Пионер», артели инвалидов, мастерской «Инпошива» обеспечить пошив белья, одежды, обуви для детей.

В июне 1942 г. в Ростовском и Петровском районах в срочном порядке были организованы шесть детских домов, выделены помещения, подобран штат: № 105 с. Сулость, № 106 с. Николо-Перевоз, № 107 с. Пужбол, № 108 с. Львы, № 109 с. Поречье, № 114 с. Ново-Никольское.

К встрече эвакуированных тщательно готовились. Активу женщин города, женам железнодорожников было поручено подготовить помещение железнодорожного вокзала, воду, полотенца для умывания детей. К приему детей привлекли учителей, работников детских учреждений, комсомольцев, актив женщин, которых распределили в бригады по участкам работы: одни принимали детей на вокзале, занимались организацией охраны багажа, другие мыли ребят в бане, третьи отвечали за питание, организовывали работу в санпропускнике, в помещениях школ, где временно размещали детей.

После санитарного осмотра в вагонах эвакуированных разместили в железнодорожной школе на ул. Луначарского и в начальной школе № 2 на ул. Коммунаров, д. 8.

Завтрак был организован в вокзальной столовой и в кафе-столовой артели инвалидов.

После завтрака ребята проходили обязательную санитарную обработку: по 100 чел. отправлялись в баню, подстригались, одежда пропускалась через дезкамеру. Затем обедали в столовой-кафе инвалидов и временно до эвакуации по районам располагались в школах города: в неполной средней школе на ул. Октябрьской, д. 7 и в финифтяной школе на Советской площади, д. 3 (дети, которые направлялись в Борисоглебский район), а также в начальной школе № 1 на ул. Некрасовской и начальной школе № 5 на ул. Бебеля/ул. Свердлова. В школах уже составлялись списки детей и проходило распределение по дошкольным и школьным группам.

Обустройство эвакуированных детей в условиях военного времени проходило с большими сложностями. Дети прибывали «совсем раздетые, рваные, голодные и холодные». Хотя на территории Ярославской области и не велись активные военные действия, но война и здесь наложила свой отпечаток. Детские дома испытывали огромные трудности в обеспечении ребят бельем, одеждой, обувью, постельными принадлежностями. Жили в стесненных условиях, так как помещений не хватало, многие из них требовали ремонта, совершенно не были приспособлены к зимним условиям. Не было достаточного количества дров, посуды, порой приходилось использовать вместо тарелок железные банки.

Из протокола педагогического совещания Погореловского детдома № 156 Мосейцевского сельсовета с представителями школы и ее директором: «... приехали совсем в голые стены и больше ничего, и даже ни ложки, ни чашки, ни тарелки и даже ни куска хлеба и не всем было его испечь. Трудности были большие... Смены белья совсем не было, постельного конечно тоже, даже спали просто на голом полу. Была ужасная вшивость...».

Пища часто была однообразная, крупа в основном — овсянка, сливочное масло заменялось растительным или американским жиром. Овощей поставлялось недостаточно, мясо и молоко доставлялось с перебоями.

За состоянием детских домов осуществлялся постоянный контроль со стороны Ярославского областного и Ростовского районного отделов народного образования, старались как можно быстрее устранить существующие недостатки в работе.

Сельсоветы и колхозы, в которых находились детские дома с ленинградскими детьми, взяли над ними шефство, старалась оказывать всяческую помощь в подвозке дров, ремонте помещений, закупке овощей, снабжении продуктами и т. д.

На август 1942 г. в детском доме № 106 в с. Николо-Перевоз находилось 66 детей, в детдоме № 114 в с. Ново-Никольском — 126 чел., в детдоме № 108 в с. Львы — 67 чел., в детдоме № 107 в с. Пужбол — 53 чел., в с. Поречье в детдоме № 109 — 140 чел.

А дети все прибывали... В сентябре вновь поступившие эвакуированные были размещены в с. Лазарцево (80 чел.), с. Шулец (70 чел.), с. Погорелово (70 чел.), с. Васильково (60 чел.), д. Тряслово (60 чел.), с. Воржа (60 чел.), в двух зданиях завода лаковых покрытий (200 чел.). Было организовано еще четыре детских дома: № 155 с. Шулец, № 156 с. Погорелово, № 159 с. Макарово. В с. Поречье силами общественности сформирован детский дом № 4. Содержался он на средства колхозов Вексицкого, Кустерского сельских Советов и Поречского поселкового Совета.

В декабре 1942 г. из немецкого тыла в Орловской области в Шулецкую волость Ростовского района (д/д № 155) были эвакуированы дети партизан в количестве 32 чел.

29 декабря 1942 г. из Московского детприемника в Погореловский д/д № 156 приехало около сорока детей. Состояние их здоровья было плохое: истощенные, с чесоткой и другими заболеваниями.

В 1943 г. детским домам шефствующими колхозами были выделены подсобные хозяйства: земля, коровы, лошади, овцы, свиньи, птицы. Например, детдому № 156 колхозом «Новый труд» Мосейцевского сельсовета предоставлен участок 7 га на расстоянии 1 км. При детском доме № 108 имелось хозяйство на 4 га, лошадь и 2 поросенка.

На участках сажали картофель, свеклу, морковь, капусту. Обрабатывали их в основном своими силами. Некоторые колхозы активно помогали детдомам в ведении подсобных хозяйств. Например, колхозы «8 Марта» и «Красное знамя» Шугорского сельского совета, колхозы Шурскольского сельсовета.

Подсобные хозяйства должны были помочь детским домам обеспечить воспитанников полноценным питанием. Но даже наличие коров, свиней, птицы, овощей, выращенных на полях хозяйства, из-за перебоев с поставками продуктов не решало проблемы дефицита питания.

Дети поступали в детские дома часто очень ослабленные, поэтому их здоровью уделялось пристальное внимание. При каждом детском доме постепенно, несмотря на нехватку помещений, обустроили изоляторы для больных, приобрели медикаменты и аптечки. Для контроля состояния воспитанников за детскими домами были закреплены врачи из местных больниц, которые обязаны были посещать детей не менее 2 раз в месяц. Также при детских домах находились медсестры. Конечно, в первое время персонала катастрофически не хватало, дети часто болели, что происходило в том числе и из-за нехватки теплой одежды (далеко не все воспитанники имели теплое пальто и теплую обувь). Основным заболеванием среди детей была вшивость, постепенно ситуация исправилась, случаи вшивости стали единичными.

Кроме того, за детскими домами были закреплены бани. Например, детдому № 156 баню предоставил колхоз, детдому № 114 — Семибратовский термозавод.

Детские дома были в основном общего (смешанного) типа, т. е. в них находились дети как школьного, так и дошкольного возраста.

Кров и пища, хоть и с большими трудностями, были ленинградским детям предоставлены. Но необходимо было их и обучать, несмотря на военное время. В детдомах для этой цели были выделены классные комнаты, занимались в них дошкольники. Ребята школьного возраста прикреплялись к местным школам. Например, в детском доме № 108 было следующее распределение: 1-3 классы занимались в Песоцкой школе, 4 классы — в детском доме (т. к. детям не хватало пальто в осенне-зимний период для посещения школы), 5,6 классы — в Шурскольской школе. До школы иногда приходилось добираться по 1-3 км.

Конечно, учебных материалов, канцелярских принадлежностей, учебников тоже не хватало.

Были и такие ситуации, что дети временно оставались без возможности обучения, т. к. посещать школу не могли из-за отсутствия обуви или одежды, а заниматься в детдоме с дошкольниками не могли в силу своего возраста.

В детских домах велась обязательная воспитательная, оздоровительная работа, политическое воспитание детей. Были организованы различные кружки: агрономические, художественные (драматические), рукодельные (шитье, вышивка, вязание), хоровые, кружки танцев, литературные, географические и др. Занятия в кружках в основном проходили в осенне-зимний период. Часто воспитанники выступали с концертами в госпиталях г. Ростова, в клубах, на торфопредприятии Баландино. Например, дети детдома № 114 с 01 июня 1944 г. по 01 июля 1945 г. подготовили 28 концертов для воинских частей, рабочих и детей термозавода, для больных и раненых в г. Ярославле.

Большое внимание уделялось трудовому обучению и воспитанию. Дети оказывали посильную помощь в уборке помещений, колке дров, мытье посуды, девочки работали в яслях в качестве воспитателей, обучали младших детей ремонту одежды, самообслуживанию и т. д. Помогали фронту — собирали полезные травы. Детей старше 11 лет разрешено было привлекать к работам в колхозах.

Например, в детском доме № 114 с воспитанниками работал специалист-инструктор по швейному делу. Ребятами за год было сшито 37 ночных рубашек для мальчиков, 75 наволочек, 5 мешков, 22 юбки, 13 костюмчиков для малышей, связано 30 шапочек, 40 пар носков. Занимались также починкой готовой одежды. Сшили даже по 4 костюма зайчат и снежинок.

С 14 лет воспитанники трудоустраивались, выпускники направлялись в школы ФЗО, в ремесленные училища и на различные предприятия.

В 1942 г. в г. Ростов был эвакуирован также Дом ребенка из Калининской области. 88 малышей, оставшихся без родителей. Были они очень слабенькие, но, благодаря уходу и заботе нянь, воспитателей, медсестер, дети были поставлены на ноги. Дом ребенка продолжил работу и после войны, располагался он в здании на ул. Энгельса.